Последний мамонт

Владимир Березин

Научно-фантастический роман об учёных и первооткрывателях. Опубликован в издательстве «Paulsen»

Подходит читателям 14–16 лет.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Берег Ледовитого океана, июль 1951

68°54′38″ с. ш. 179°27′32″ з. д.

Приход весны, безумие, поэтика Михалыча, найденная могила немецкого моряка, Академик о науке и сданных яйцах, Еськов об организации научной работы

Михалыча они взяли с собой, и его выдернули прямо из склада с образцами, где он не работал (а что делать завхозу среди проб), он там предавался тихому весеннему пьянству.

Михалыч сидел в камералке среди мешочков с пробами. Он был похож на колдуна, который вот-вот начнёт жечь какую-нибудь труху и лепить из горького дыма будущее.

Только приглядевшись, Еськов понял, что его съёмщик совершенно пьян. Кто и как достал спирт, было совершенно неясно. Сам Еськов был не против пьянства, но никогда не пил с подчинёнными по их инициативе.

Это осталось у него с фронта – нельзя управлять людьми, с которыми пьёшь. Нельзя приказывать людям, что видели тебя осоловевшим, не то чтобы даже пьяным, но просто изменившимся. Он пил со своими бойцами только на похоронах или когда из дивизии привозили медали – и то и другое случалось часто. Но тогда спирт уходил легко, как последнее дыхание раненых.

Спирт был короток, что военная жизнь, лишнего глотка не будет, и лишнего года не дадут.

И теперь в маршруте он пить запрещал, потому что в прошлом сезоне, когда его ещё тут не было, начали пить на съёмке, и трактор ушёл в полынью, смертельный закут, и изменённые сознанием рабочие, не успев ничего сообразить, превратились в начинку для речного льда. Они лежали там, как мухи в янтаре особого северного рода, намертво застыв с открытыми ртами.

И оставшимся в живых было неприятно смотреть на застывших во льду товарищей, и это приводило к падению нормы выработки.

А теперь завхоз, а по документам – съёмщик именем Михалыч был совершенно пьян, причём неизвестно по какому поводу.

– Ну? Что скажешь, Михалыч? Зачем сидишь?

– Жизнь горька, командир. Это весна, командир. Командир, это ж ангелы летят. Погоди, я тебе не рассказывал про перелётных ангелов? Ты вот не верь, что это белолобый гусь весной над тундрой идёт, это ангелы летят.

И не с Каспия, как твои биологи говорят, а с самой океанской середины.

И не с берега турецкого, как о том нам песня поёт.

Это серые ангелы летят, открывая полярное лето. Вот ты увидишь серого ангела, оторвавшегося от стаи, он подлетит к тебе и осенит серым крылом. Это значит, что не вернёшься ты на материк никогда.

Оттого трещат над тундрой карабины, и никому не хочется допустить до себя серого ангела северной пустоты.

Или подлетит к тебе младший ангел, птица-пискулька с полосатым брюхом. Не птица это подлетит, нет. Подлетит к матросу полосатая матросская душа, подлетит с Новой Земли, с полуострова Канина или с не известных никому берегов Сибири.

А время это страшное, когда вскрываются русла полярных рек, это время приходит не постепенно, а разом: ступишь из балка – и видишь, что солнце прицепилось к горизонту и съело весь снег, что повсюду вылез разноцветный мох, а вокруг и вдруг живут красные камнеломки, жёлтые лютики, алые маки, голубые незабудки и фиолетовые колокольчики.

Морошка и вороника оживают, и всё это пахнет одуряюще, лишая пришлого человека воли.

А в каждой талой луже идёт короткая и страстная – на три месяца – жизнь. И уж позже, в июне, зашебуршит везде, закудахтают, загогочут перелётные ангелы, продолжая свой ангельский род.

И если надышишься запаха талой воды, напьёшься воздуха цветения без меры, тоже останешься здесь навсегда – из года в год будет нестись криво по небу солнце, и будет год что день да ночь. Одна ночь и один день – это будет тебе год. А год ляжет к году – и вдосталь их не будет, оттого и рвётся так твоё сердце.

И перед смертью ляжешь ты к оранжевым лапам перелётного ангела.

– Курлык-курлык, – скажет он тебе, и ты уже сам расправишь крылья.

И был Михалыч прав – пришла на север весна, короткая и быстрая.

И сломал планы и графики этой весны, да и лета, что строил для себя Еськов, всё тот же старик Академик со своими солдатами-муравьями. Что-то щёлкнуло в отлаженной машине северных государств, и выплюнула она старику на ладонь не только бывшего лётчика Григорьева, но и Еськова. И в дополнение к нему – ушлого человека Михалыча. Еськов старался не думать, чем обернётся его бросок на острова,– Академик сделает своё дело и улетит, а ему тут жить долго.

Они говорили о будущем, а о прошлом вообще не стоило говорить. Здесь были особые отношения с прошлым.

Например, с Михалычем о его, собственно, прошлом Еськов осмелился заговорить только раз, когда они летели на остров Врангеля. Он сказал:

– А когда было лучше сидеть – до войны или после?

– Да кто ж его знает. В войну, наверное, хуже.

– Нет, – сказал Михалыч, – до войны лучше. До войны уран никому был не нужен.

И больше они к этому не возвращались.

Болтаясь в брюхе самолёта – трясло всё время недолгого стремительного перелёта, – Еськов вспомнил легенды о прежних жителях острова. Его товарищ по геологическому управлению говорил, что на восточном берегу острова Врангеля обнаруживали следы древних жилищ и вещи онкилонских охотников. Этими землянками никто не занимался – по крайней мере, пока – их наносили на карту, но Академия наук пока до них не добралась.

Онкилонов меж тем придумал сам Врангель, то есть он не выдумал их, а привёл за руку прямо из легенд северного народа. А потом академик Обручев оправдывался, что его роман был вовсе не так неправдоподобен. И говорил академик Обручев: уединённый остров, что был когда-то большим вулканом посреди Ледовитого океана, не так уж невероятен.

А уж если там тепло вулкана и уединённость, то самое место там и первобытному человеку, и мамонтам, и онкилонам, что отступили под напором северного народа на острова.

А кто поспорит с академиком, героем, первым штатным геологом Сибири? Никто. И если скажет академик: «Может быть», так значит – может.

И если напишет академик Обручев в своём знаменитом романе про морского офицера, что совершил смелое плавание в вельботе через Ледовитое море с Новосибирских островов на остров Беннетта, то не будут спрашивать, кого он имел в виду. Потому как мужественное лицо докладчика, обветренное полярными непогодами, и флотский мундир с золотыми пуговицами и орденами некоторым напоминал адмирала Колчака, да только много в России морских офицеров с мужественными лицами и вовсе не все из них стали Верховными правителями Сибири. И не главному сибирскому геологу задавать этот бестактный вопрос.

И вот они были на острове.

Еськов сидел в палатке рядом с балком и записывал: «Тундростепь отличалась тем, что травяной ярус её формировали в основном не мхи (как в тундре), а злаки; здесь складывался крайне криофильный вариант травяного биома с его высокой биомассой пастбищных копытных и хищников – мамонтовой фауной. В её составе были причудливо смешаны виды, приуроченные ныне к тундре (северный олень, овцебык, леминги), к степям (сайгак, лошадь, верблюд, бизон, суслики), а также виды, характерные лишь для этого сообщества и исчезнувшие вместе с ним (мамонт, шерстистый носорог, саблезубый тигр – смилодон, гигантская гиена)».

Еськов поделил листочек на две части вертикальной чертой и написал слева «климат», а справа «антропогенное вымирание».

Справа появилось – «жертвы человека» и «аргумент: все предыдущие межледниковья, когда еще не было человека, криофильная мамонтовая фауна пережила вполне спокойно».

Слева Еськов написал возражение: «Голоценовое вымирание было наиболее масштабным не в относительно густо заселенной Евразии, а в практически безлюдной в те времена Северной Америке (человек проник сюда лишь около 10–12 тысяч лет назад из Азии через Берингов пролив); на прародине же человечества – в африканских саваннах – никаких вымираний вообще не было. Кроме того, вымирание захватило не только крупных травоядных и хищников, но и целую кучу маммальной мелочи, которая никак не могла быть для кроманьонцев ни добычей, ни врагами, подлежащими целенаправленному уничтожению».

Академик, как иногда Еськову казалось, выкупил его у Дальстроя, как выкупали у кочевых племён детей. Надо бы невзначай расспросить, есть ли у него дети. Хотя дети могли быть, а когда Академик присел, могли отказаться от него.

Много чего могло произойти в жизни старика и заставить его искать себе собеседника.

Как-то Академик сказал:

– Я бы предположил, что, предвосхитив события, вы вовремя уехали из вашей Москвы, чтобы схорониться штатным геологом в системе Дальстроя. Я видал таких беглецов.

Вот уж отсюда, с Дальстроя-то, как с того Дону, выдачи нет! Ведите сейчас плановую геологическую съемку до посинения.

Еськов промолчал. С Севера действительно выдачи не было, но только если это не нужно было исходя из какой-то высшей целесообразности. Вся страна слышал речь Вышинского, когда судили начальника станции Семенчука и каюра Старцева.

И это помнил и он, и наверняка помнил и Академик.

Всё дело было в том, что в январе 1935 года на острове Врангеля погиб врач Вульфсон. Сначала, решили, что это несчастный случай, но жена покойного, тоже врач, стала говорить об убийстве.

Она написала письмо прокурору страны – и письмо это долго путешествовало по почте, пока не попало в руки адресату. Началось удивительное следствие – никто не поехал из Москвы на восток, всё было сделано в кабинете следователя, которым был будущий писатель Шейнин. Ничего, кроме подозрений вдовы, – и на основании этих подозрений обоих подсудимых потом расстреляли.

Лоцман Конецкий потом рассказывал Еськову, что Главсевморпуть специально издал после процесса его стенограмму. Видные полярники там говорили об особенностях арктического климата и о длительности полярной ночи. О том, как кормят собак в разное время года и как ведут они себя в пургу. Это была не стенограмма, а арктическая энциклопедия, но никакого отношения всё это к мёртвому врачу, покой которого не потревожили, не имело.

Мёртвый врач утащил за собой ещё двоих и сломал судьбы ещё десяткам, но ясности в дело это не привнесло. Одни потом говорили, что Вышинскому нужен был процесс с еврейской окраской, доказательство борьбы с антисемитами. Другие, наоборот, говорили, что всё дело в самом великом государстве Главсевморпуть, что сбоило, скрипело и тормозило свою работу. Процесс против одного из начальников сбивал спесь со всех, снимал хоть тонкую, но защиту, сделанную из славы и народного обожания.

Тогда Еськов спросил Григорьева и Конецкого, что они сами думают об этом. Конецкий отвечал, что врач вполне мог разбиться сам, да только теперь не поймёшь. Нельзя сомневаться в том, что слышали две тысячи людей в Колонном зале Дома Союзов. Много кого там потом судили, и говорить об этом не стоит.

А уж если сказал товарищ Вышинский, что Семенчук осмелился не просто игнорировать, а прямо нарушать замечательные указания нашего вождя и учителя о нерушимой дружбе народов нашей страны, то туши свет, сливай воду.

Еськов знал этот стиль, и хорошо помнил ещё со школы цитату без авторства: «Пролетарское принуждение во всех своих формах, начиная от расстрелов и кончая трудовой повинностью, является, как парадоксально это ни звучит, методом выработки коммунистического человечества из человеческого материала капиталистической эпохи». Автора у неё не было, потому что человека, который придумал эти слова, расстреляли как раз после одного из процессов, что происходили в Колонном зале Дома Союзов.

Всё это было для выработки человека из материала, да и весь двадцатый век вырабатывал советского человека, его мужество – из страдания, войны и голода.

Оттого Еськов никогда не спорил и не пытался ничего доказать про советского человека, войну и голод. Он просто складывал это всё во внутренний архив, чтобы потом воспользоваться, если надо.

Вот если бы речь зашла про мамонтов, он бы стал спорить и драться.

Мамонты были другое дело.

– Но у вас ведь амбиции, у вас идея, – продолжал Академик. – Я тут был при обстоятельствах крайне неприятных, и вот что вам скажу: самая дорогая вещь – это время.

Вы наверняка что-то найдёте, да только здесь земля секретная, а уж то, что лежит в ней, и подавно секретно. Вы, судя по виду, упорный молодой человек и потянете две лямки: будете и съёмку делать, и заниматься своей наукой. Вы, разумеется, захотите это печатать, а печатать вам придётся это в дальстроевских секретных сборниках.

– Они не секретны, они всего лишь ДСП.

– Ну хорошо, для служебного пользования, третья форма. Но описание нового вида, это я вам как человек знающий скажу, по Кодексу зоологической номенклатуры должно быть общедоступно.

То есть вы откроете вид, а на самом деле нет.

Еськов и сам знал о казусе «дальстроевских видов», которые вроде как есть, а формально не существуют. Но он ещё раз вспомнил свою любимую историю – историю про объявление Шеклтона, который искал спутников для опасного путешествия: «Небольшое жалованье, холод, долгие месяцы полной темноты, постоянная опасность. Вероятность возвращения домой невелика. Честь и признание в случае успеха». И в этот момент понял, что эти обещания лживы – никакого признания обещать нельзя.

Один из уцелевших участников экспедиции Скотта пытался пристроить в музей пингвиньи яйца – на него смотрели как на сумасшедшего. Служители не могли понять, зачем и что им принесли. Им было неприятно, оттого что ход их размеренной жизни нарушился. Черри-Гаррард – да, кажется, это был именно он – чуть не плакал, потому что помнил, чего им стоило достать эти яйца.

Все зыбко и непрочно – как конфигурация льдов: признание получают совсем не те, кто шёл до конца, романтика улетучилась, а честь может быть перечёркнута одним единственным словом. Даже не словом, а простым движением плеча: «А что вы хотели? Ребята были просто плохо подготовлены».

Ребята всегда плохо подготовлены.

Еськов помнил, как в тундре нашли тело геолога. Один из нашедших точно определил год – это была первая экспедиция «Союззолота». Но кроме года смерти определить ничего было нельзя.

На войне Еськов часто хоронил неизвестных и честно наносил могилы на карту, хотя знал: никто не будет опознан. Иногда он хоронил только части человека: обрывок одежды, пропитанный кровью ватник – так было с Харченко. И может, в благодарность за эту заботу мёртвые помогали ему потом – точно так же, как помог ему убитый лейтенант продвинуться на север.

Но никто не давал обещаний – и честь мёртвых солдат часто оставалась под вопросом: они были не убитыми. Они были пропавшими, людьми, о которых нет вести.

На войне это плохо, плохо и в тылу, потому что жить вдовам пропавших голоднее.

А на Севере это внушало надежду – пока не найдено тело, человек считался живым. Впрочем, вдовам от этого было мало радости.

В этом смысле попасть под могильную плиту секретного сборника было не слишком большой бедой. Бедой бы было не попасть вовсе никуда – не найти искомого.

Сгинуть просто так. И только кто-то, спустя год или два, снисходительно пожмёт плечами: «Хороший парень. Только он был плохо подготовлен».

Самое обидное, что это всегда правда – путешествие в старину и работа сейчас упирались не в личное мужество, а в подготовку и организацию.

Голосования и комментарии

Все финалисты: Короткий список

Комментарии

  1. «Последний мамонт» Владимира Березина — книга мне понравилась.
    В аннотации указано, что книга для читателей 14-16 лет, это действительно так. Мне было читать трудновато, но я прочитал все до конца.
    Понравились описания мамонта, размышления о том, к какому миру мамонт относится к нижнему, верхнему или среднему и с какими животными он олицетворяется.
    Книга очень познавательна.
    Мне понравилось, что многие цитаты собраны вместе и воспринимались они не как «нарезка», (когда я пролистал произведение, такая ассоциация возникла), а как будто их написал один человек, все было связано.
    Понравились перемещения по разным местам и параллелям в разное время, то ты в одном месте, то совершенно в другой части света, то на одном море, то на другом.
    Герои книги — отважны и целеустремленны, трудности их не пугают. Еськов. Конечно, он встретился после всего с мамонтом, он должен был встретиться.
    Книгу — рекомендую.

    • Еще добавлю, что когда читал, у меня было ощущение, что я перемещаюсь вместе с героями (героем) по разным местам и переживаю все вместе с ним. Рассказывал сейчас маме про книгу и было ощущение, что я рассказываю о местах, в которых побывал.

  2. Anastiya:

    Книги можно оценивать по вкусу. Бывают сладкие, даже приторные- до тошноты. Бывают острые, необычные- такие особенно привлекают тебя, потому что вкус её пестрый и даже бодрящий. А книга «Последний мамонт»- горькая. Такую не каждый попробует, многие скажут, что привкус её противен, автор-повар переборщил с приправами- событиями, высказываниями, фактами, датами и именами. И только посмаковав каждый кусочек- по настоящему вникнув в каждую главу,понимаешь, что вкус этой книги терпкий и,да, непривычный для меня, но это не говорит о том, что он плох.
    Это история капитана Еськина, собранная из кусочков судеб и событий происходящих с другими людьми. Его мечта заставляющая ехать неизвестно куда, чуть ли не на край света, оставив дома свою мать, итак потерявшую мужа на войне, а теперь еще и вынужденную отпустить свое чадо в это крайне опасное путешествие. Целеустремленность, готовность принять любые испытания на покрытом глубоким снегом и не тающими льдами пути, составляют характер главного героя. Всю его сущность. Финал очевиден, но непредсказуем. Мы точно знаем что он встретиться со своим мамонтом. По другому просто и быть не может.

  3. 5678:

    Да,книга сложновата для детей до 14 лет,но я ее прочитла книга понравилась) Интересно описание мамонта)Разные ууголки страны) Книга-научно фантастическая) Сложновата для тех,кто не понмает смысл книга) Моя оценка-9 баллов)) Советую прочитвть!!!

  4. 5678:

    Ой,ошибок я наделала))))

  5. Renat98:

    Еще добавлю, что когда читал, у меня было ощущение, что я перемещаюсь вместе с героями и ощущаю себя на их месте мне очень понравилось всё это!Книги можно оценивать по вкусу!Но на мой вкус книга давольно хороша мне понравилась ия читал с удовольствием!)

  6. Renat98,
    хочу спросить. Тебе понравилась моя мысль и комментарий Anastiya?

  7. Zuna:

    «Последний мамонт» — интригующее название, правда? И я сразу взяла произведение себе на заметку и не пожалела.
    Конечно, для ребят до 14 книга будет сложноватой, даже мне некоторые места показались не очень простыми (потому, наверное, что географией и палеонтологией не интересовалась выше школьного уровня). Однако читать было интересно, герои понравились. Сначала мне показалось, что построение «глава — новое место» будет мне мешать во время чтения, но нет, оказалось — так очень даже интересно, и постепенно разрознённые кусочки мозаики сложились в одно целое. Пока это одна из немногих книг на Книгуру, которая принесла мне чувство удовлетворения. А ещё она помогла мне узнать много нового и подарила желание поглубже узнать эту тему.
    Из героев особенно запомнился Еськов. Поразительно целеустремлённый человек, заслуживающий глубокого уважения. Я рада, что в конце он всё-таки увидел своего последнего мамонта (а ещё этот момент вызвал во мне такую ноющую грусть… Последний мамонт на Земле — какие это всё-таки трагичные слова…)
    Единственное, те главы, которые обозначены как «Всестороннее описание предмета», мне не то чтобы не понравились, но, как бы это сказать… напрягли. Я больше придерживаюсь мнения, что авторский текст должен быть полностью авторским. Эти главы, конечно, интересны, вырезки продолжают друг друга, но тем не менее.
    Поэтому я поставила 9/10.

  8. Даже не знаю, с чего начать. Книга понравилась, но мне даже в мои 16 лет читать было трудно. Интересно, но трудно, наверное, из-за технической стороны языка. Плюс постоянные скачки с места на место, по времени, описания новых и новых персонажей, местами было очень трудно понять, о ком именно идет речь, или вспомнить, в каком же моменте говорилось о каком-то знакомом имени. Различные вставки из других работ тоже сбивали с толку, не давали сосредоточиться на сюжетной линии, которая затерялась, оказалась даже короче, чем множество дополняющих историй. Как-то о войне, о людях науки, о репрессиях, Севере и где-то между всем этим — история Еськова с его мечтой о мамонте.
    После прочтения осталось чувство неудовлетворенности, будто я что-то пропустила, оставила незамеченным между строк. Может быть, соберусь перечитать. Потому что не может быть такого, что о книге даже особо и нечего сказать. Было много интересных моментов, только все они в этом круговороте тоже забылись. Помню момент о нахождении в желудке мамонта различной травы, а затем описание, как человек нашел этого мамонта, погибшего в один миг, а мох и кора так и остались внутри него не переваренные.. Может глупо, но стало как-то очень грустно. Описания Севера, забиравшего и не отдававшего людей: «И нет правды, а есть лишь северной сияние…».
    Очень много нового и интересного можно узнать про мамонтов, про различные мифы, верования народов. Не представляла, что с этим животным связано столько всего необычного. Интересная теория в конце про замерзающее время и способное таким образом повернуть вспять. И позволить увидеть мамонта. Если честно, глубоко в душу закралось подозрение, так все и было? Была такая машина, как Тор Лара в «Ведьмаке», было это перемещение и именно такая встреча с мамонтом? Которая просто не могла не состояться, как подсказывало сердце с самого начала прочтения. Чувствую себя в этом моменте немного отупевшей, может, все это как всегда лишь вера в написанный текст, надежда на его волшебную правду, желание, чтобы так все и было. Хотелось бы узнать мнение других прочитавших.

    • Медленно, но верно перечиталось. Трудно, конечно, из-за речевой особенности автора, из-за даже разных речевых конструкций, так как много объемных вставок, так что основная линия как-то даже теряется немного. Но интересно и нашла много познавательного. Поставила 8.

  9. BlackTiger:

    Книга очень интересная. Мне в ней понравилось практически всё. Сюжет получился очень интригующим и закрученным, порою даже слишком. Среди постоянных скачков во времени сюжетная линия главного героя проявляется не очень чётко, но довольно понятно. К сожалению, чтобы полностью понять все нюансы в данном произведении, нужно ознакомиться со всеми произведениями, данными в конце повести, что немного затруднительно. Также непонятен жанр этого произведения: то ли это путевой журнал Еськова, то ли сборник легенд о мамонте. Но в целом интригующе и интересно. Спасибо автору за замечательный рассказ. Ставлю 8 из 10.

  10. Chitatel:

    мне понравилось

  11. 250300:

    Книга очень интересная и познавательная. Она мне очень понравилась. Также там описыватся время когда еще была война. Еще более захватывающе. Но книга очень жалостливая. Но мне понравилось. Моя оценка — 10/10

  12. Tesel:

    Мне Понравилось. Интересный сюжет, необычные персонажи. Ставлю 7 из 10

  13. Книга будет интересна не только для этой категории (14-16 лет), но и для более младшего возраста. Эта книга является познавательной.
    Описания мамонта, рассуждения и размышления о том, к какому миру он относится я считаю интересными.
    У героев есть своя цель, отвага, у них отсутствует страх перед чем-либо.
    Постоянные перемещения завлекают читателя за собой.
    Мамонтов вообще считаю очень интересными животными для изучения smile

  14. Татьяна Пантюхова:

    Цитата Шеклтона – это дорожная карта жизни советского человека, который попал под пресс истории и старался выжить. У каждого получалось по-разному. В романе представлены не персонажи, а ХАРАКТЕРЫ – неприукрашенные, мечущиеся, пытающиеся приспособиться к НЕПРЕРЫВНОМУ УЖАСУ И ОТВРАТНОСТИ ЖИЗНИ, выжить в том, в чем выжить по сегодняшним благополучным меркам невозможно, в этих жутких условиях находилось время на романтику. Это не полярники, путешественники, строители из очерков тридцатых годов и детской героической лирики. Это люди опаленные историей и униженные такими же как и они людьми. Это история страны через систематическое подавление личности и целевое уничтожение человечности в человеке. Только ради чего? Этого в романе напрямую не сказано. «Ради чего» надо найти в контексте, покопаться, подумать, поразмышлять, вытряхнуть из себя советскую пропаганду и оставить сухой остаток обыкновенной человеческой жизни и судьбы. В первой главе романа происходит предначертание судеб и опись героев. А далее точное приращение обстоятельств, фактов, ситуаций. Развертывание игрового поля жизни: ПОДРОБНЕЕ В РЕЦЕНЗИИ

    В романе возникают и закручиваются смыслы, нетривиально пересекаются судьбы, возникают исторические образы. Все уместно, все на своих местах. Героика открытий Уникальный дизайн романа. Читаешь и чувствуешь стиль.
    Еськов искал мамонта!?
    Скорее искал смысл жизни страны и ценность своей жизни в этой стране. Мамонт – как собирательный образ большого доброго мохнатого чувства, которое создает, воспитывает, кодирует в человеке человеческое. Чувство было потеряно в истории, так глубоко зарыто самими людьми. Для чего? Чтобы создать страну унижения и уничтожения человека, подавить любовь, дружбу, добро. Чтобы лишить человека свободы, прикрываясь светлыми «стройками и покорениями неведомых земель».
    Куда идти человечеству? На восток, на север, на юг, на запад. Наверное, надо совершить археологические и палеонтологические раскопки в самих себе.
    Спасибо Владимиру Березину за роман!
    Пускай каждый читатель найдет свой НРАВСТЕННЫЙ СТЕРЖЕНЬ.
    На мой взгляд, бренд КНИГУРУ достойна, носить только книга В. Березина «Последний мамонт», но повторюсь, она выходит за рамки детской литературы.

  15. ПРОЧИТАЛА ПОНРАВИЛАСЬ СПАСИБО СОВЕТУЮ ПРОЧИТАТЬ.

  16. anya_archer:

    Повесть необычная, надо сказать.
    Здесь художественное повествование перемежается с цитатами из научных трудов, а судьбы персонажей, незнакомых или едва знакомых друг другу, переплетаются, влияя друг на друга и на происходящее вокруг. Поначалу, читая книгу, трудно понять, что вообще здесь происходит. Трудно связать события между собой. Но ближе к концу произведения кусочки паззла медленно, но верно встают на свои места. Правда, несколько штук по дороге потерялось, несколько не подошло, но общая картина видна. Что-то меня опять на метафоры потянуло.
    Мне очень понравилась идея с машиной времени. Поневоле задумалась, а мог ли такой проект существовать на самом деле?
    И хорошо, что Еськов в конце все-таки встретил своего мамонта. Так правильно. Так и должно было быть.
    Отмечу одну…особенность текста. Недостатком это назвать язык пока не поворачивается. Книга написана довольно сложно, необычным слогом, используется множество терминов и вставок из настоящих исследовательских трудов. Несомненно, все это пошло на пользу познавательной стороне книги, но вот художественная часть несколько пострадала. И книгу читать было трудно, тяжело — это уже не раз отмечали другие комментаторы, я их в этом поддержу. Такие вещи надо читать медленно, обдумывая каждое слово, вникая в текст. Не всем из нас это нравится, да и не все на это способны. Поэтому «Последний мамонт» навряд ли является книгой для широкой аудитории подростков. Специфичная тематика, специфичная манера изложения. Мысли, факты, образы — все прекрасно, но стиль автора затрудняет восприятие всего этого. Но, повторюсь, это не недостаток повести — просто особенность.
    Позже постараюсь перечитать. Более вдумчиво и внимательно. А под влиянием первого впечатления поставлю 6/10.

  17. 453788y:

    «Последний мамонт» — книга весьма интересная.В начале мне было сложно разобраться.В книге присутствуют частички фантазии,особенно мне понравилась машина времени и встреча Еськова со своим мамонтом.Книга написано сложным языком. Но я получила удовольствие прочитав её. Должна отмететь, что в рассказе есть, как бы лучше сказать-необычные моменты из самой жизни. На моё мнение. Спасибо за книгу.

  18. Читал очень медленно. Самая тяжёлая книга на Книгуру. Я за 13 лет прочитал много разных книг и встречались посложнее, но те были недетскими. Просто, если я посоветую книгу моим друзьям, они вряд ли осилят. Так что эта книга исключительно на любителей данного жанра, языка или темы. Про мамонтов я никогда не читал, даже как-то не интересовался. Поэтому читать было интересно. На каникулах обязательно добуду ещё повествования о мамонтах. Не понравилось что многое свалено в кучу, так что не совсем понятно какова главная мысль (сразу вспоминаю руссичку: «Главная мысль текста — в названии»). Но мне было интересно читать только про исследования Еськова. Интересный человек, то есть профессия интересная. Смелости у главного героя, да и вообще у многих хоть отбавляй. Вот с кого надо брать пример! А не с красивеньких дяденек, которые называют себя исследователями прошлого. Судя по комментам книгу не многие осилили. Татьяна Понтюхова, вы пишите, что только эта книга достойна бренда Книгуру, но выходит за рамки детской литературы. Так Книгуру-то и собирает детскую литературу, разве нет? Мне вот понравились перемещения во времени! Это мне чисто по-детски понравилось, до сих пор мечта — такую машину сделать smile Ставлю семь. Заслуженно. Вот если бы эта книга была опубликована на конкурсе познавательных рассказов, поставил бы 9 или 10.

    • Вилли:

      Герман, это книга выставлена на конкурс в разделе познавательных произведений!

      Я сначала поставил одну оценку, потому что сравнивал эту книгу с другими книгами, а потом увидел, что проходит конкурс художественной литературы и познавательной. И понял, что нельзя все книги оценивать по одним критериям. Поэтому изменил свою оценку. Я оставил 10.

      А вообще, жалко, что эту книгу прочитало не так много людей-детей smile

  19. InnaYukhim:

    Книга интересная, соглашусь со всеми, действительно, сложновата, но если читать внимательно, осознанно и медленно, то вполне реально осилить и понять ее. Познавательно, интересно, получила огромное удовольствие. Спасибо. 8/10

//

Комментарии

Нужно войти, чтобы комментировать.